Лингвистика и БАР (Рэйчел)

Это я :)

200236400948_217284Замечу на полях, что лингвистические тонкости решают многое.

Если с фактором Х невозможно ничего сделать, то к нему часто предлагается приспособитьСЯ.
Но какого хрена?
Ведь можно же просто приспособить его к себе!
Так будет гораздо удобнее, функциональнее и даже… Красивее!
И гнуть себя не придется.

Это я сижу на донышке своей сезонной депрессии, поделываю свои сезонно-депрессивные делишки.
Врач предупреждал, что #биполярноерасстройство, когда мы его пролечим, никуда не денется, но…
«Скомпенсированное #БАР — это же прекрасно», — говорил он с восторгом.
А я только фыркала.
А и правда.

Если пролечить так, чтобы не терялась целостность и связность жизни.
Если выйти в стабилизацию.

Если перестать себя паталогизировать.
А просто принять, что у людей бывают чувства.
И #депрессия совсем не делает их ненастоящими.

Если взять веник, свитый из песен и слов.
И пройтись им по самым темным углам души.
А остальное смыть слезами и протереть платочком насухо.

То, когда сезонная уборка в доме души будет закончена.
Можно будет позаниматься какое-то время совсем другими вещами.

Например, летать на метле.
Или хохотать в голос.
Жечь огни, плясать босиком, в студёную воду с разбега вклиниваться.

Так что я согласна со специалистом: качельки-то эмоциональные совсем не так уж плохи, если качаться с умом.

Я и на обычных в детстве каталась до тошноты, а потом снова…
Бабушка ещё, помню наставляла: соскочила с качелей — останови их рукой, а то забудешься — по голове ими получишь, да так под ними и останешься.
Эй, бабушка, я в порядке, слышишь? Я все теперь умею сама!
Убежала играть с друзьями, тут недалеко, приду нескоро, хнык, скучаю очень…

А есть ли у вас в опыте такое, что вы себя за что-то сначала гнобили, а потом отказались гнобить?

#харадзюкутириё

Мои терапевты (Рэйчел)

Это я :)

Список терапевтов, которые повели себя со мной неэтично (и благодаря которым, возможно, я ещё жива).

Итак, на входе у меня было диссоциативное расстройство идентичности, биполярное аффективное расстройство, физиологическое истощение и куча хронических и не только соматических болячек, ситуация домашнего насилия и двое дочерей, одна из которых родилась где-то в процессе.

Короче говоря, ситуация сложная, комплексная, весьма опасная как для моей жизни, так и для жизни и здоровья окружающих (особенно детей).

(До этого я два года проходила психотерапию у «суперэтичной» специалистки в лаборатории психологического консультирования и психотерапии МНИИП им. Ганнушкина, от которой я узнала, что травм у меня нету никаких, есть лёгкая депрессия, консультация психиатра не требуется. В общем, я полностью вылечилась, аж два раза: сначала она со мной терапию закончила, потом я вернулась, просветлилась и ушла уже сама).

Дарья Кутузова — моя приятельница со школы, благодаря которой я узнала про нарративный подход. Я читала ее блог, потом пошла к ней на обучение нарративной практике, там же договорилась о психотерапии. Пока формулировала запрос и искала деньги, она предложила мне сотрудничество по совместному развитию проектов. Договоренность о психотерапии у нас существовала почти всю дорогу, но в итоге это была всего пара сессий. Помимо этого, мы были бизнес-партнерами, дополнительно она нанимала меня на отдельные проекты, одалживала денег и ещё мы дружили. Потом у нее сложилось параллельное бизнес-партнёрство, потом у меня, мы не смогли работать в формате терапии по моему запросу, потому что у нее была путаница в этой теме, бизнес-партнёрские и дружеские отношения она со мной заморозила до окончания крупных изменений в моей жизни, финансовые мы завершили много позже. Я тогда чуть не сдохла, потому что она была моей единственной на тот момент подругой, ну и разрывы бизнес-партнёрств я тоже тяжело переживаю, но если бы не Дарья, я сдохла бы задолго до этого и вполне физически.

Трикстер Троп — мой дорогой партнёр по бизнесу, по жизни и бессменный интервизор и котерапевт, тоже в какой-то момент был моим психотерапевтом. Наши личные и рабочие отношения все 11 лет, что мы знакомы, развивались параллельно. Но в какой-то момент, через несколько месяцев после моего разрыва с Дарьей, наши пути чуть не разошлись окончательно. Я чувствовала себя ужасно плохо и отчаянно нуждалась в помощи. Партнёр из меня на тот момент был тоже никакой, как мы это уже увидели по поведению Дарьи. И Трикстер согласился иметь со мной хоть какие-то дела только при условии, что я буду проходить у него терапию. Он предоставлял мне убежище у себя на даче и дома, проводил сеансы в долг, одалживал денег, занимал для меня у друзей, брал кредиты в банках, консультировал, поддерживал психологически, и даже готовил еду. Через пару лет я таки дошла до попытки суицида, и мы все-таки решились обратиться и за внешней помощью тоже (до этого Трикстер опасался, что мне скорее навредят, чем помогут, а я слишком дорожила нашими отношениями и не обладала финансовыми и прочими ресурсами, чтобы обратиться куда-то ещё). Кстати, я тогда списалась с Дарьей, и она порекомендовала обратиться туда, куда мы уже и сами решили пойти.

Юрий Майданюк — совместно с Машей Егоровой, своей супругой, вел курс по терапии травмы, на котором учился Трикстер, и потом был его психотерапевтом в течение двух лет. После моей попытки суицида он взял в терапию нас обоих: продолжил работать с Трикстером по прежней ставке, а меня взял по новой, это оказалось в два раза больше. Ну в среднем стоимость консультации психотерапевтам возросла в полтора раза, если пересчитывать на семью. Мы работали дважды в неделю в течение года, это была глубинная терапия с использованием карт Таро, обошлось мне это в сто тысяч рублей. Он работал в долг и одалживал нам деньги. Однажды мы повздорили с Трикстером в кафе недалеко от его кабинета, я добралась до его кабинета в неурочный час, и он проводил мне шоковую реанимацию бесплатно. Я ушла от него, когда он сообщил мне, что видел на одном мероприятии мою подругу, которая в тот момент лежала в больнице, и мы с Трикстером о ней заботились. Он просто перепутал ее с другой своей знакомой, но мне стало очень нехорошо от его уверений, что он готов обсуждать «любые мои фантазии». Когда я ехала с последнего сеанса с ним, я чуть не бросилась под поезд метро, но ещё год я прожила в том числе благодаря его поддержке.

После этого я взяла перерыв в терапии. Трикстер продал свою единственную недвижимость, и на эти деньги мы в том числе своими руками создали мне условия, чтобы хотя бы минимально прийти в себя. У нас были огромные обязательства по кредитам и прочим платежам, довольно скоро нам пришлось выкладываться по полной с развитием бизнеса, наших ресурсов не хватило, мои родители протаскали меня по судам, оставив без прописки, мы наконец-то добрались до психиатра и начали лечение таблетками, постепенно пришли в себя и в готовность снова идти в терапию.

С Райсой Байдалиевой мы познакомились на семинаре Джона Хендена по предотвращению суицидов, Она тоже взяла нас в терапию обоих одновременно. В результате у нас накопилась куча непоняток. При попытке расставить точки над ё и задать ей ряд вопросов, прекратила терапию, забанив нас на Фейсбуке. Какое-то время работала с нами в долг, что было очень кстати.

Вячеслав Москвичев — наш терапевт с 2017 года. Мы вместе с ним учились нарративной практике у Дарьи Кутузовой, потом проходили у него обучающую программу на базе «Перекрестка». Пока Райса проводила с нами личную терапию, Слава был нашим семейным медиатором и супервизором. После разрыва с Райсой он также стал предоставлять нам личную терапию в инновационном формате, который мы придумали все втроём: терапия каждого проводится в присутствии, а нередко и с участием другого. Формат классный, кстати, это ещё одно «злоупотребление», которым мы остались очень довольны. Он работал в долг большую часть времени, а кроме того одалживал нам крупные суммы денег. Когда мы с ним расплатимся, он сможет расширить свою жилплощадь или сделать для себя и своей семьи ещё что-то полезное и приятное. Сейчас нам пришлось взять перерыв в работе со Славой из-за ряда этических и политических разногласий.

Короче, я что хочу сказать.
Каждый из встреченных нами на пути специалистов внёс огромный вклад в то, что мы смогли выжить, многое понять и улучшить свое состояние.
Было ли это возможно без «нарушений этики»?
Не думаю.
Кстати, при работе с сильными травматическими расстройствами специалистам очень часто приходится выкладываться гораздо сильнее, чем это обычно принято.
Приносить в жертву свое время, силы, а иногда и деньги.
Рисковать своей репутацией.

Мы занимаемся психотерапевтическим консультированием и сами помогаем людям в непростых ситуациях и состояниях.
Нас часто обвиняют в том, что мы выходим за пределы кабинетного формата психотерапии, и это справедливые обвинения.
Все верно: мы учились у лучших и перенимали лучшие практики помощи в очень сложных случаях.

Все наши помогающие специалисты побуждали нас обращаться за помощью, когда это необходимо, и это было не только на словах, но и на деле (например, скидки, социальные цены, работа в долг, одалживание нам денег). Поскольку помощи нам требовалось гораздо больше, они также побуждали нас обращаться за помощью к другим людям и организациям, искать все доступные ресурсы, чтобы позаботиться о себе.
К сожалению, сами мы не можем помогать клиентам деньгами, так как сами в долгах. Но когда мы видели, что финансовая помощь необходима, а у клиента нет моральной готовности стоять с протянутой рукой и других ресурсов тоже нет, мы собирали деньги на наших клиентов. Все деньги со сборов на помощь третьим лицам всегда целиком и полностью передавались тем, на кого проводился сбор, и никогда не шли, к примеру, на оплату наших же собственных услуг (со всеми клиентами, на которых мы собирали, мы сами работали даже не в долг, а вообще бесплатно).

Ещё мы благодарны всем нашим помогающим специалистами за то, что они все время подбадривали и поддерживали нас в том, чтобы мы развивали нашу практику психотерапевтов-консультантов, ведущих курсов и групп, блогеров и активистов.

А написать обо всем этом открыто меня вдохновил наш клиент, написавший честный и подробный отзыв о нашей работе как он ее видел.
Я поняла, что зря это я не пишу о своих терапевтах с упоминанием имен, заслуг и методов работы, боясь как-то им повредить.
Сейчас я понимаю, что терапевт, даже имея социальный статус ниже, чем у наших вдохновителей и учителей, способен пережить это.
Зато клиентская история имеет право быть услышанной и признанной другими.
Возможно, перестать быть историей «неправильной» терапии, а стать историей честной борьбы человека за собственное благополучие.

Все-таки терапия травмы, особенно когда степень травматизации весьма существенная, это не увеселительная прогулка.
Это огромный вызов и для человека, отважившегося на этот путь, и для того, кто его сопровождает.
Это настоящая война, на которой и терапевт может выгореть до глюков и неадеквата.

Я пишу об этом, потому что есть много людей, которые просто не могут выбраться из своего личного ада, опираясь исключительно на конвенциональные методы.
Плохо, что человеку потом приходится скрывать историю своей собственной терапии или рассказывать ее исключительно в том ключе, как с ним неправильно поступили.
Плохо, что действительно хорошим терапевтам приходится нести огромные репутационные риски, просто работая на результат.
Но я верю, что все это возможно преодолеть, чтобы люди в конечном итоге жили лучше.

Этический кодекс Института феминистской терапии

Это я :)

(выпущен в 1996 году и переработан в 1999-ом)
(переводчица Мария Сабунаева, редакторка Елена Павликова)

Преамбула

Феминистская терапия развилась из феминистской философии, психологической теории и практики и политической теории. В частности, феминистки признают, что проблемы и противоречия, с которыми клиент_ки и приходят на терапию, создает и обслуживает общество.

Коротко говоря, феминистки считают, что личное есть политическое.

Основные положения феминизма включают:
— веру в равное достоинство всех людей;
— признание того, что личный опыт и обстоятельства каждой и каждого поддаются рефлексии;
— признание того, что институционализированные установки и ценности общества влияют на человеческие существа;
— приверженность к тем политическим и социальным изменениям, которые уравнивают власть и привилегии между людьми.

Феминистки прикладывают усилия к обнаружению и уменьшению всепроникающего влияния и неявных последствий репрессивных социальных установок и общества. Таким образом, феминистский анализ обращается к осмыслению власти и ее
взаимосвязей с гендером, расой, культурой, классом, физическими возможностями, сексуальной ориентацией, возрастом и антисемитизмом, а также всеми формами угнетения, основанными на религии, этнической принадлежности и традициях.

Феминистские терапевт_ки сами живут в среде этих же влияний и эффектов и подвластны им; они постоянно отслеживают собственные убеждения и поведение, возникающее в результате этих влияний.

Феминистские терапевт_ки – убежденные сторонницы феминистского анализа, они интегрируют его во все сферы своей работы. Будучи терапевт_ками, преподаватель_ницами, консультант_ками, администратор_ками, писатель_ницами, редактор_ками и/или исследователь_ницами, они учитывают разницу в уровнях власти и принимают ответственность за свою власть в этих ролях. Рассматривая интрапсихическую модель жизнедеятельности человеческих существ как ограниченную (если она принимается за единственно верную), феминистские терапевт_ки способствуют пониманию того, что внутренний мир клиент_ки и внешний мир влияют друг на друга. Феминистские терапевт_ки обладают знаниями о психологии женщин и девочек и применяют это свое образование к пересмотру теорий и практик, включая в них новые знания по мере их обогащения.

Феминистские терапевт_ки могут получать подготовку в различных дисциплинах, теоретических направлениях и на разных организационных уровнях. У терапевт_ок разное культурное, экономическое, этническое, расовое происхождение. Они используют разные типы сеттинга с разнообразными клиент_ками и практикуют различные методы терапии, обучения и исследований.

Теория феминистской терапии интегрирует феминистские принципы в другие теории человеческого развития и изменений.
Нижеследующие этические принципы являются дополнением к основным этическим принципам профессиональной области, в которой практикует феминистск_ая терапевт_ка, а не их замещением. Во всем этом разнообразии феминистские терапевт_ки объединены феминистским анализом и феминистским углом зрения. Кроме того, они стараются, когда это возможно, включить феминистские принципы в уже существующие профессиональные стандарты. Феминистские терапевт_ки живут и практикуют в среде конкурирующих сил и «держателей контрольных пакетов акций». Когда психотерапевтическая помощь включает в себя плательщика как третью сторону, это ответственность феминистских терапевт_ок – отстаивать, насколько они могут, наилучший для клиент_ки метод, будь это краткосрочная терапия или длительная.

Участие и забота о клиент_ках — это также обеспечение конфиденциальности и осведомленность о воздействии экономических и политических факторов, в том числе возрастающее неравенство в качестве терапевтической помощи для тех, кому доступна оплата со стороны третьих лиц, – и для тех, кому эта возможность закрыта.

Феминистские терапевт_ки занимают проактивную позицию, чтобы искоренить угнетение в жизни женщин и девочек и расширить их права и возможности (self-empowering). Они уважают индивидуальные различия, исследуя репрессивные аспекты как собственных систем ценностей, так и систем ценностей клиент_ок. Феминистские терапевт_ки участвуют в общественном активизме в его широком понимании и за границами своей профессиональной деятельности. Виды активизма могут различаться по объему и содержанию, но такая деятельность в любом случае является важнейшей стороной феминистского мировоззрения.
Данный кодекс представляет собой ряд положений, которые являются руководством для практики феминистской терапии, феминистского обучения и исследований. Феминистские терапевт_ки – участницы других профессиональных организаций – придерживаются этических кодексов данных организаций. Феминистские терапевт_ки, не будучи участницами такого рода организаций, руководствуются этическими стандартами организаций, наиболее близких к их направлению практики.

Положения этого кодекса содержат более конкретные рекомендации, которые могут применяться в контексте большинства этических кодексов и расширять их. Если этические принципы конфликтуют, феминистск_ая терапевт_ка несет ответственность за свой выбор приоритетов. Итак, в центре рассмотрения этих этических рекомендаций – ограничения и противоречия, которые определены феминисткими терапевт_ками, преподаватель_ницами, исследователь_ницами как особенно важные в их профессиональной деятельности. Как и любой этический кодекс психотерапевта, данный кодекс рассматривает благополучие клиент_ок в качестве основного руководящего принципа. Феминистская терапия относит к проблемам, непосредственно влияющим на благополучие клиент_ки, такие вопросы как культурные различия и угнетение, разницу властных позиций, двойные отношения, ответственность терапевт_ки и социальные изменения. Хотя данные принципы изложены отдельно, каждый из них взаимодействует с другими, формируя взаимозависимую целостность. Важно дополнить, что кодекс является живым документом и, следовательно, постоянно находится в процессе изменения. Формулировки Этического кодекса складываются под влиянием как опыта член_кинь Института феминистской терапии, так и экономических и культурных факторов Северной Америки. Член_кини поощряют развитие международного диалога по феминистским и этическим вопросам. Институт признает, что этические кодексы являются неким желаемым идеалом, при этом этические решения реализуются скорее в широком диапазоне, чем в бинарном противопоставлении черного и белого. Более того, этические принципы и юридические требования могут отличаться. Институт феминистской терапии преследует больше просветительские цели, нежели дисциплинарные.

Этические принципы феминистской терапии

I. Культурные различия и угнетение

A. Феминистск_ая терапевт_ка повышает уровень доступности ее помощи для широкого круга клиент_ок из ее собственной и других солидаризированных групп за счет гибкости предоставления услуг. Когда это необходимо, феминистск_ая терапевт_ка помогает клиент_кам в получении доступа к другим услугам и вмешивается в случаях нарушения прав клиент_ок.

B. Феминистск_ая терапевт_ка осознает значение и влияние ее собственного этнического и культурного опыта, гендера, социальной принадлежности, возраста и сексуальной ориентации и активно пополняет свои знания о других, используя иные источники, нежели ее клиент_ки. Она активно вовлечена в расширение ее знаний об этническом и культурном опыте, подчиненном или доминирующем.

C. Признавая, что доминирующая культура определяет норму, терапевт_ка ставит своей целью выявлять и уважать культурные различия и различия, основанные на опыте, в том числе базирующиеся на длительной или недавней иммиграции и/или беженском статусе.

D. Феминистск_ая терапевт_ка оценивает свое постоянное взаимодействие с клиент_ками, отслеживая любые проявления собственных предубеждений или дискриминационных установок и практик. Она также контролирует свои иные взаимодействия, включая предоставление услуг, преподавание, написание текстов и все иные профессиональные активности. Феминистск_ая терапевт_ка берет на себя ответственность за то, чтобы, встретившись лицом к лицу со своими предубеждениями – нарушающими границы, угнетающими или обесценивающими, — делать шаги к их изменению.

II. Различия во власти

A. Феминистск_ая терапевт_ка признает различия во власти, присущие клиент_ке и терапевт_ке, и эффективно использует личную, организационную или институциональную власть. Используя эти различия в интересах клиент_ки, она не присваивает контроль или власть, которые по праву принадлежат ее клиент_ке.

B. Феминистск_ая терапевт_ка раскрывает клиент_ке информацию, которая облегчает терапевтический процесс, включая информацию, передаваемую другим. Терапевт_ка ответственна за осмотрительное использование самораскрытия исключительно в соответствии с целями терапии и в интересах клиент_ки.

C. Феминистск_ая терапевт_ка снова и снова оговаривает с клиент_ками условия их формальных и/или неформальных контактов, и это регулярный обоюдный процесс. В ходе принятия решений она делает видимыми затрагиваемые терапевтические вопросы.

D. Феминистск_ая терапевт_ка раскрывает своим клиент_кам тему отношений власти. Она информирует своих клиент_ок об их правах заказчи_цы терапии, включая порядок разрешения разногласия и алгоритм подачи жалоб. Она проясняет власть в тех различных формах, в каких она существует внутри других областей своей жизни, включая профессиональные роли, социальные/правительственные структуры и межличностные отношения. Она помогает своим клиент_кам в поиске способов защиты себя и, в случае необходимости, возмещения ущерба.

III. Двойные отношения

A. Феминистск_ая терапевт_ка признает сложности и конфликты приоритетов, присущие множественным или двойным отношениям. Терапевт_ка принимает ответственность за контроль таких взаимоотношений с целью предотвратить возможное злоупотребление или нанесение вреда клиент_ке.

B. Феминистск_ая терапевт_ка активно участвует в жизни своего сообщества. А следовательно, она осознает конфиденциальность как необходимое условие в любых ситуациях. Признавая, что интересы клиент_ки и ее благополучие являются первостепенными, она контролирует свои публичные и частные заявления и комментарии. Ситуации могут меняться из-за различной вовлеченности в сообщество, где динамика власти сдвигается, а иногда клиент_ка имеет равные с терапевт_кой права или большие, чем терапевт_ка. Во всех этих случаях терапевт_ка поддерживает свой подход с позиций ответственности.

C. Принимая оплату от третьей стороны, феминистск_ая терапевт_ка особенно внимательна к этому и ясно говорит клиент_ке о множественных обязательствах, ролях и зонах ответственности терапевт_ки. Работая в условиях институций, она разъясняет всем вовлеченным сторонам, чьи интересы она поддерживает. Она также контролирует множественные или конфликтующие ожидания клиент_ок и их опекунов, особенно в работе с детьми и пожилыми людьми.

D. Феминистск_ая терапевт_ка не вовлекается в сексуальные отношения или любое явное либо скрытое сексуальное поведение по отношению к своим клиент_кам, в том числе бывшим.

IV. Ответственность терапевт_ки

A. Феминистск_ая терапевт_ка несет ответственность перед самой собой, своими коллегами и особенно ее клиент_ками.

B. Феминистск_ая терапевт_ка заключает контракт на работу с клиент_ками и их запросами в пределах своей компетенции. Если проблема выходит за пределы ее компетенции, феминистск_ая терапевт_ка обращается за консультацией и использует доступные ей ресурсы. Она уважает целостность отношений, обозначая пределы своей подготовки и предоставляя клиент_ке возможность продолжить терапию с ней или сменить терапевт_ку.

C. Феминистск_ая терапевт_ка признает свои личные и профессиональные потребности и постоянно использует систему самооценивания, коллегиальную поддержку, консультирование, супервизии, дополнительное обучение и/или личную терапию. Она оценивает свои компетенции, поддерживает их и стремится улучшить, так же, как оценивает, поддерживает и улучшает собственное эмоциональное, физическое, психическое и духовное благополучие. В случае если феминистск_ая терапевт_ка испытывала стрессовый или травматическией опыт, сходный с опытом ее клиент_ки, она обращается за консультированием.

D. Феминистск_ая терапевт_ка постоянно пересматривает свое обучение, теоретическую базу и исследовательскую деятельность, внося в свою работу новые достижения из области феминистских знаний. Она интегрирует феминизм в психологическую теорию, продолжает постоянное обучение терапии и осознает границы собственной компетентности.

E. Вне рабочего пространства феминистск_ая терапевт_ка непрерывно проявляет заботу о себе. Она осознает свои потребности и уязвимости, так же как специфические/индивидуальные нагрузки, присущие ее работе. Она демонстрирует способность устанавливать с клиент_ками границы, здоровые для обеих сторон терапевтических отношений. Она также проявляет волю к тому, чтобы развивать себя в сторону расширения своих прав и возможностей (self-empowering).

V. Социальные изменения

A. Феминистск_ая терапевт_ка ищет разнообразные способы влиять на общественные изменения, включая публичное просвещение, адвокацию (представление и защиту интересов) в рамках профессиональных организаций, лоббирование законодательных актов и другие целесообразные активности.

B. Феминистск_ая терапевт_ка активно ставит под сомнения практики своего сообщества, которые представляются вредными для клиент_ок или терапевт_ок. В этих случаях она помогает клиент_кам самим вмешиваться в такие практики. При необходимости феминистск_ая терапевт_ка вмешивается сама, особенно когда другие по всей видимости практикуют травматичные, неэтичные или незаконные формы поведения.

C. Когда это уместно, феминистск_ая терапевт_ка поощряет клиент_ку распознавать преступные действия и помогает обращаться к закону и правосудию.

D. Феминистск_ая терапевт_ка, преподавательница или исследовательница не упускает из виду популяризацию и распространение попустительских взглядов на вопросы угнетения и повсеместное употребление шаблонов. По мере развития технологий коммуникации, феминистск_ая терапевт_ка рассматривает социоэкономические аспекты этих достижений применительно к возможностям доступа клиент_ок к этим технологиям.

E. Феминистск_ая терапевт_ка, преподавательница или исследовательница признает, что политическое является личным в мире, где постоянно происходят социальные изменения.

Взято отсюда:

http://femtherapy.org/#%D1%8D%D1%82%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9-%D0%BA%D0%BE%D0%B4%D0%B5%D0%BA%D1%81-%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%BE%D1%86%D0%B8%D0%B0%D1%86%D0%B8%D0%B8

Отзыв на отзыв

Это я :)

Прочитали выложенный в Сети отзыв бывшего клиента о сотрудничестве с нами. Вкратце — многое оказалось полезно, но в целом он нас не советует.

Очень благодарны за подробную обратную связь.

Нам важно качество того, что мы делаем, но нам нужно знать, какие косяки в нашей работе видят конкретные люди, которые с нами взаимодействовали и взаимодействуют.

Что именно для них оказывается значимым, что приносит скорее пользу, а что — скорее вред.

Как специалисты мы до определенной степени понимаем, над чем нам следует поработать. И где, как нам кажется, очевидный фейл.

Но пока мы получаем только положительную обратную связь (не от мимо крокодилов, а от реальных клиентов), мы не можем ни подтвердить, ни опровергнуть наши гипотезы, и это замедляет процесс улучшений.

Кроме того, нам отдельно важно повышение качества пси-услуг на рынке в принципе. Мы сами пишем и говорим о том, что нас не устраивает, а что устраивает. И нам кажется важным, чтобы и наши клиенты тоже писали о нас — как минимум, чтобы предупредить других, а как максимум — чтобы дать нам возможность изменить свою практику к лучшему.

А, а ещё иногда нас травят. Но это совсем другая история.

В соцсетях выкладываем ссылку на отзыв в комменты, по отдельным пунктам готовы дать пояснения, если это необходимо. Разумеется, в тех пределах, в которых это не нарушает конфиденциальности.

Дорогой автор отзыва!
Если Вам это так или иначе перешлют, хотим ещё раз сказать большое спасибо. По многим пунктам мы очень сожалеем, что так случилось. С большим теплом и состраданием прочитали Ваш рассказ о том, как тупик в терапии выглядел с Вашей стороны и шлем всевозможные лучи поддержки. Если нужно — готовы разговаривать обо всем и сделать все от нас зависящее для возмещения возможного ущерба.

Ссылка на отзыв: https://dybr.ru/blog/gismorte/3708277?scroll=true

Какой же ты психотерапевт-консультант, если со своей депрессией справиться не можешь? (Рэйчел)

Это я :)

#проверено_на_себе

Picture1Депрессия действует как наркотик.
Мышление замедляется, а в голову лезут ядовитые мысли.
Но как понять, это ядовитая мысль или здравая?

Я начала с самого начала.

Справиться.

Что это значит?
Отменить депрессию?
Это невозможно.

Придется проходить, и в этом смысле я ничем не отличаюсь от других людей.

Но.
Я могу проходить через депрессию как профессионал.
Как опытный следопыт.

Это сложно, но я могу оказать себе ту помощь, которую оказываю другим.
Сказать себе те слова, которые я говорю другим.
Быть стойкой, чтобы следовать профессиональным представлениям, а не бытовым.

Да, это трудно.
Мне точно так же трудно, как моим клиентам.

Принять, что у меня депрессия.
Что это болезнь.
Что надо лечиться.
Заботиться о себе.
Не требовать от себя великих подвигов.
Помочь себе пройти через это.
Не выгореть и не испортиться по дороге.
Насколько это возможно.

Быть внимательной к своим чувствам.
Быть антропологом, отправившимся в поле, чтобы ещё раз испытать все на себе, проверить предыдущие наблюдения, попробовать на прочность теории и предположения и вернуться с ценными данными.

Кажется, я поняла, что это значит — «справиться со своей депрессией как психотерапевт-консультант».
Как будто я выработала антитела к токсичной мысли, и теперь она не причиняет мне вреда.
Я приняла этот вызов.

Сейчас я планирую написать несколько постов, чтобы поделиться своими свежими наблюдениями.
Это была моя «плановая» депрессия.
Если бы я не лечилась, она бы случилась раньше.
И…
Вряд ли я ещё раз упаду так глубоко.
Так что расскажу, что я узнала о депрессии в этот раз.

Мы и «Ресурс» в двух комментах (TWIMC)

Это я :)

Людмила Хорунжая написала свое про «Ресурс» и «Центр Сёстры», а Рэйчел оставила там важные комменты.
Так как мы нигде об этом раньше не писали, то решили опубликовать у себя тоже.
Пусть будет.

1. Про «общие решения»
Юлю и Аню нежно люблю, но вот этот трэш в «Ресурсе» достал. По поводу «поддерживающих пространств тепла, заботы и безопасности» у меня рукалицо уже довольно долгое время, и тут я не очень понимаю — сами Аня с Юлей все время ссылаются на то, что «это общее решение», поэтому я иногда думаю, может, кто-то там у них завелся странный и оказывает большое влияние на принимаемые решения? Может быть, голоса основателей теперь стали минорными? Не знаю…

А сливы из «сестер» достали отдельно.

Когда Юля писала у себя об этой ситуации с харрасментом, я не знала, что это была ты, и что информация была вот таким образом слита.

Что-то я тоже в сложных чувствах…

2. Про «медиацию конфликтов»
Нам как-то отказали в проведении воркшопа на конференции, потому что некая группа товарищей хотела, чтобы на конференции им предоставили пространство для разноса персонально нас. Кто, что, какие претензии и прочее мы так и не узнали. Зато ради всеобщего блага наш воркшоп по теме конференции тоже «завернули». Главное, мы на этой конференции докладчики с самого первого проведения, и нас обычно персонально приглашали. А тут я случайно узнаю о конференции из открытых источников, отправляю заявку в срок, через три дня молчания спрашиваю, готовиться нам к конференции или что, и узнаю все эти подробности. Я спрашиваю, если идея была в том, чтобы уравнять тех ребят и нас, не было ли логично рассмотреть нашу заявку на общих основаниях? На что получаю ответ «это было общее решение».
Ну окей, мы подняли бровь и занялись своими делами. Просто сделали для себя вывод, что конференция — это не про дискуссии и развитие, а про пиар отдельных товарищей. И ЛГБТ в данном случае скорее сегмент рынка, чем политическое движение. Ну что мы, не видели такого? Неприятно, но что ж поделать.

А потом уже нас по касательной задел скандал в «Радужной лампе». Оказалось, что ведущий мероприятий может выгнать из группы кого угодно по личному решению. Двоих выгнали. Они давай искать справедливость по принципу «их в дверь — они в окно». Обстановка накалилась до предела, все выгорели, и тут «Ресурс» выкладывает публичное обращение ко всем, кого этот скандал так или иначе коснулся. Смысл в том, что между сторонами конфликта будет медиация. Но только через полгода. А до того никто не должен ничего публиковать в интернете по поводу этой ситуации. Ни сами участники, ни те, кого это затронуло с той или иной стороны.
Ну чего, мы прифигели, потому что полгода — это как раз тот срок, в течение которого ПТС превращается в ПТСР. Но там опять было «общее решение», к выработке которого никого особо не приглашали.
Сама медиация была отдельным шоу, судя по доносившимся до нас отголоскам. Но вроде бы непосредственных участников все устроило, ну и ладно.

Это… Не наша епархия. Кто мы? Ну просто какие-то представители ЛГБТ. Мы как-то сначала думали, что когда в «Ресурсе» говорят про сообщество, это сообщество ЛГБТ, и что наши голоса тоже имеют какое-то значение, особенно учитывая, что мы стояли у истоков конференции и все такое. Но выяснилось-то, что нас к этому сообществу, о котором речь в заявлениях, никто и не думал причислять.
В общем, мы поняли, что ошиблись, и отстранилась.

Исходно: https://m.facebook.com/story.php?story_fbid=10221985575381586&id=1626484944

Резюме:
1. Слив информации из телефона/почты доверия недопустим.
2. Использование и разглашение полученной таким образом информации недопустимо.
3. Медиировать конфликты надо уметь.
4. Сообщество, где внутренние личные отношения важнее того дела, ради которого собрались, дисфункционально.

Конспект выпуска 17 — «Маркетинг, которого как бы нет» (Рэйчел)

Это я :)

[Специальная версия для печати: часть подробнее, чем в видео, часть короче.]

Во многих областях/отраслях такое бывает, но у меня сейчас в фокусе пси-сообщество, так что расскажу на его примере. Думаю, этот материал будет полезен и коллегам-психологам, и тем, кто обращается к ним за помощью.

По одному из своих образований я маркетолог с красным дипломом Плехановской Академии. И вот что я вижу на рынке пси-услуг. А конкретно — в частной практике.

То и дело кто-то пишет, что он не пиарится и не занимается маркетингом. То есть специалист, предлагающий услуги за деньги, делает публичное заявление относительно своей коммерческой деятельности… И это не маркетинг? В таком случае, он либо честно ошибается, проявляя свою некомпетентность, либо врет: вводит клиентов в заблуждение.

Или вот еще: некто пишет, что маркетинг он использует, но не пользуется конкретными методиками — не выстраивает воронку продаж, не занимается «прогревом» аудитории, допродажами и прочим.

Я как специалист по маркетингу опять-таки охреневаю, потому что вообще-то могу четко потыкать пальцем, где тут бесплатный продукт, как устроена воронка, где прогревающие-вовлекающие и т.д. посты, предпродажи, открытие продаж, допродажи и пр.

То есть понимаете ситуацию, да? Специалист говорит, что не пользуется такими-то технологиями, а при этом вот же они, как на ладони! Даже если это сделано интуитивно.

Значит, что?

Значит, либо человек таким образом «набивает себе цену» (не очень, кстати, чистыми методами), либо он просто не рефлексирует свои рыночные действия.

ЗАСТАВКА: Трикстер машет табличкой про донаты.

Есть еще такие психологи, которые «не любят конкуренцию», «не хотят конкурировать» и даже утверждают, что не конкурируют.

Позвольте, любезнейшие!
Вот же они, ваши конкурентные преимущества! От публикаций до приличной веб-камеры.
Вот те, кого вы обошли. Да, вы с ними не конкурируете. Уже.
Вот те, кого вы недолюбливаете, так как люди несут деньги им, а не вам (все ненавидят Лабковского)).
Вот честные методы конкуренции, которые вы используете. Например, выкладываете полезную информацию в соцсетях.
А вот нечестные. Тот же Лабковский нанимает талантливых и умных коллег копирайтерами, и те продвигают его практику вместо своей.

И если вы не рефлексируете свои действия на рынке, никак их не называете или называете более обтекаемыми словами, то почему используете термин «маркетинг»? Это же вполне определенная область научной и практической деятельности, не «одна бабка сказала»!

Это, кстати, тоже нечестный прием конкуренции.
Сейчас объясню, почему.

Наверняка вы помните ситуацию, когда на подсолнечном масле стали писать «без холестерина». Понятно, что без! Это же растительное масло! Оно его в принципе не содержит! Но вот эта надпись дала производителю дополнительное преимущество и прибыль. Люди стали отдавать предпочтение маслу с такой надписью.
НО! Это хотя бы правда!

В отличие от заявления «я психолог, не занимающийся маркетингом».

Понимаете, почему я маркирую этот заход как нечестный? Это не соответствует наблюдаемой действительности!

Если вы дадите масло «без холестерина» химику, он проведет анализ и подтвердит, что холестерина там действительно нет.
Но когда специалист по маркетингу анализирует действия участников рынка и видит немеряное количество маркетинга, притом часто нечестного, получается, что это заявление — вранье.

Я с грустью наблюдаю картину, когда люди, декларирующие себя вне рынка, вне конкуренции, вне маркетинга, одновременно оказываются где-то вне элементарной деловой этики.

Может быть, они неэтичны в деловом плане, а как психологи/терапевты — очень даже?

Не знаю. Не думаю, честно говоря, что такое возможно.

Все-таки люди все время что-то продают, покупают, где-то работают и вообще участвуют в экономической деятельности. Это важная часть жизни.

Но когда она отбрасывается, не рефлексируется, находится вне критики, вне анализа…
Это неправильно.

Эту часть жизни (про экономическое измерение) нельзя просто взять — и отбросить.
А вот понять, принять и прочее — вполне можно.

У меня всё.
С удовольствием отвечу на ваши вопросы и вообще помогу разобраться. Если нужно — пишите!

[Ремарки Трикстера про навязываемые коннотации, слепые пятна и «Вселенную, которая дает», см. в видеоверсии.]

***
Поддержать проект: http://donate.alterglobe.ru

Выпуск 17. Маркетинг, которого как бы нет

Это я :)

Постнеклассическая ЖОПА (журналистика общественно-психологического активизма), выпуск 17.

https://www.instagram.com/tv/CNDjrtMneQR/

Поддержать нас:
donate.alterglobe.ru

Топ-5 ошибок при подведении итогов года (Рэйчел)

Это я :)

Итоги года - 5 ошибок1. Ограничиться списком достижений.
Нет, достижения — это важно, кто бы спорил! Но не достижениями едиными будет жив человек. Внутренние открытия, осознавания, смыслы, истории, небольшие, но ощутимые радости, красивые рассветы и закаты… Помимо достижений в жизни ещё много всего, что делает ее наполненной и насыщенной. И что же, все это останется за бортом?

2. Сделать вид, что все было нормально.
Ещё одна ошибка — подводить итоги так, как если бы мы были не собой, а сошли с рекламы Кока-Колы. Да, атмосфера праздника способствует. Но погодите-ка, а точно все вот это происходило на нормальном жизненном фоне? Я не про ковид даже, а про все те проблемы, которые и без него были? А если на секундочку перестать представлять себя представителем среднего класса из Нью-Йорка?

3. Забить на сезонность.
Это в ежедневнике все дни одинаковые. Ну разве что суббота и воскресенье чуть поменьше остальных (WTF???). А вообще-то в течение года у людей меняется и физиология, и поведение, и даже потребности и мотивация. В мае хочется гулять, а в ноябре — покрываться одеялком. В июле — тупить, а в феврале — строить планы по захвату мира. И так каждый год. А итоги подводятся так, будто год — это 365 дней сурка. Окей, а если присмотреться?

4. Делать это самостоятельно.
Даже по первым двум пунктам можно было бы выпасть в осадок от таких итогов. Нужно ли тогда вообще их подводить? Кому как. Если хочется в жизни какой-то поступательности, то да. Но лучше при этом всё-таки не оставаться в одиночестве. Я, например, признанный специалист по проживанию ретроградных меркуриев, так что приходите на ручки.

5. Перепутать проблемы и решения.
Если вы до сих пор думаете, что освоили зум или вышли в тикток из-за ковида, тогда мы идём к вам. Нет. Вы это сделали благодаря собственной изобретательности и имеющимся навыкам. Да, в ситуации, которую вы сами себе не заказывали. Но все-таки своими силами и мозгами.

Что я не перечислила?