Отзыв о нашей курсогруппе «Исцеление через созидание» от Т. Х. (второй поток)

Это я :)

Вебинары «Другого Глобуса» вообще и половина курса «Исцеление через созидание» (а также Исцеления созидания) – мои впечатления.

Трикстер и ЛюдаОрёл умеют поддерживать.

Нет, не просто умеют. Они это умеют гениально, это их сверхспособность.

Даже коротенькое «мне это откликается» звучит не как «Я понимаю тебя. У меня было немного похожее» (что тоже было бы очень неплохо), а скорее как «Чувак, да ты гениален! Ты так здорово сформулировал, что это пронзает как лучшее художественное произведение. А ещё я понимаю, что у меня были и есть похожие ощущения, поэтому я с тобой всеми фибрами души! Держись, не сдавайся, ты крут!»

Они, мне кажется, специально высматривают, на что ответить так, чтобы поддержать. И это никогда не звучит формально. На фоне общей социальной обесцененности, и особенно на фоне печального личного опыта это такой дождь в пустыне!.. Зацветает всё, даже тушканчики становятся радужными.

Это мощный стимул выполнять задания курса – ещё бы, ведь шанс получить очень греющий отклик невероятно высок! А шанс получить обесценивающий – равен нулю.

И стимул вдумываться и врабатываться в курс, что явно делает его куда более эффективным для меня, и очень большая поддержка вообще по жизни. Не то чтобы я постоянно вспоминаю «ага, меня оценили положительно, значит [чего-то там]», а просто – я начинаю чувствовать себя увереннее. Почва под ногами шатается всё меньше.

***
Только вот у меня никак не получалось вместить в расписание работу над курсом. Не по времени и, по моим ощущениям, не из-за нехватки сил – а не знаю почему. Работа шла только в фоновом режиме, но никаких «сел, записал мысли, подумал, позаписывал ещё». Первые пару недель я об этом не беспокоился, думал, позже получится. Но нет. Тогда я забеспокоился и вынес это на обсуждение.

Трикстер ответил, что фоновый режим – это вообще замечательно, и что так курс тоже предполагается эффективным, и судя по прошлым отзывам, оно получается. И что, возможно, кроме фонового режима, мне больше и не нужно, мозг сам знает, какая нагрузка мне нужна.

Я очень обрадовался, а то у меня было ощущение, что курс для меня как минимум наполовину пропадает зря. Да ещё и последнее занятие было переходом от набора ресурсов к тому, с чем мы будем сражаться, и я боялся, что вместо успешного сражения будет ой-ой-ой, ибо ресурсы я набрал не особо.

В общем, обрадовался я. Подумал про эффективность фонового режима, подумал, решил, что «мозг сам знает, сколько ему надо» очень похоже на правду… и на радостях добрался до конкретной работы 8) Пока один раз.

И как раз в процессе этой конкретной работы понял, что ресурсы у меня набрались вполне себе хорошо. Внезапно. Я просто вспоминал то, сё, даже не всё записывал. Метафору ресурсности вот придумал как раз когда работал конкретно, а не фоново.

А сейчас понимаю, что над всей этой кучкой «всего-что-даёт-мне-ресурс» мне вообще не пришлось медитировать, убеждая себя в том, что вот они есть, и их много, и они действуют… оно само приползло!

Точнее, расползлось шире и укоренилось мощнее, чем это было раньше.

Итог: канал ресурсоприёма от всего ресурсодающего укрепился и сильно расширился. Это неописуемо круто.

***
Вообще, курс «Исцеление через созидание» – это очень про метафоры.

Зачем вообще нужны метафоры? Много зачем. Это я в теории знаю. А на практике пока очень ярко познакомился с одним результатом метафоризации.

Вот у меня есть объект, и я придумываю метафору для него. Я определяю основные свойства объекта – метафора должна ими обладать.

Начинаю придумывать метафору. Продолжаю – и в ней появляются ещё какие-то свойства.

Смотрю на объект — ага, у него эти свойства тоже есть. Смотрю на объект ещё, нахожу ещё что-то, возвращаюсь к метафоре. И так может быть несколько раз.

И вот я продолжаю придумывать метафору, в ней опять появляются ещё какие-то штуки, смотрю на объект… И тут обнаруживаю, что новопоявившиеся в метафоре штуки не просто есть в объекте, а я их раньше не замечал!

Таким образом я очень зримо и ощутимо познакомился с познанием объекта через метафору.

Ещё, я знаю, с помощью метафор должно быть удобно работать с объектами, находить пути решения. Жду этого – этого и всего остального, что радостно и интригующе предложит мне курс Исцеления через созидание — с любопытством и широко распахнутыми глазами 8)

___________________

Ближайшая группа начинается 17 мая в 22:00.
Регистрация: https://zoom.us/meeting/register/b7ff14f840219ca8dc2040ba88984b7b
Анонс: http://alterglobe.ru/blog/index.php?entryid=610
Описание: http://alterglobe.ru/mod/forum/discuss.php?d=534

По всем вопросам пишите на org@alterglobe.ru

Люда Орел: «Наличие внутри нескольких мнений/позиций по одному вопросу (в т.ч. при ДРИ) — что делать» (пост 864)

Это я :)

Одной из засад при диссоциативном расстройстве идентичности является наличие нескольких мнений по одному и тому же вопросу.

Они могут и не вызывать ощущения внутреннего конфликта: персона между ними просто переключается — в зависимости от собеседника, ситуации или по какому-то другому триггеру.

А поскольку в каждом из переключений у человека с ДРИ бывает полное ощущение, что именно так он всю жизнь думал/чувствовал, думает/чувствует и будет думать/чувствовать, для него во всем этом годами и десятилетиями может и не быть никакой проблемы.

Но если человек почему-либо озадачился обретением целостности, у него может встать вопрос о том, как общаться с самим собой, если «я» бывают разными, и все уж как-то слишком сами по себе.

Чаще всего «внутри головы» это не делается, так как нейронные сети, отвечающие за разные «личности», надежно изолированы друг от друга вследствие реакции нервной системы на травму и на ее хроническое повторение.

И тогда для начала имеет смысл использовать «внешние» способы коммуникации.

Вот что работает лично для меня (как раз сегодня перечисляла на личной терапии, решила и сюда закинуть).

— Переписка. Если разные части активны в разное время, они могут писать письма друг другу. Например, если я засыпаю, условно говоря, одним человеком, а просыпаюсь — другим, то с вечера я могу написать письмо себе на утро, а откатав программу первой половины дня, поделиться с собой-вечерним своими проблемами и достижениями.

— Личный дневник. Иногда, садясь за «утренние страницы», я хочу написать о чем-то одном, но пишется мне часто о чем-то совсем другом. Нередко именно так я лучше понимаю, что творится у меня внутри.

— Наблюдение за своим поведением. Иногда мое тело выдает эмоции, которых я совершенно не чувствую «изнутри»; так я понимаю, что они тут тоже есть. А если мне ужасно хочется купить себе новый блокнот или ручку, значит, мне не хватает возможности выплеснуть на бумагу что-то важное, и чаще всего вовсе не из-за дефицита блокнотов и ручек.

— Разговоры с терапевтом и другими достаточно безопасными людьми. Иногда в таких разговорах я могу открыться и выпустить наружу части себя, обычно томящиеся где-то в самых глубинах. Послушать, что они говорят, увидеть, как они ведут себя, узнать, что их тревожит, а что радует.

— Внимание к телесным сигналам. О самом наличии какого-то внутреннего конфликта я могу узнать по ощущениям в теле. Комок в горле, в руке, в ноге — это часто то самое второе мнение, которое требует, чтобы его услышали и приняли к сведению. Кроме того, отсутствие внутренней согласованности для меня ощущается как диссонанс, даже если я не выдаю вовне очевидную лажу. Все это — поводы обратиться к предыдущим способам помочь себе.

Когда мне удается вырабатывать равновесную точку зрения, это ощущается как достижение баланса, который я ощущаю в первую очередь на телесном уровне. Если же этого баланса нет, я ищу способы срочно позаботиться о себе. Это необходимо сделать в первую очередь, потому что иначе я же сама какой-то частью себя буду недовольна тем, что сделала другой частью себя, пока наши действия не были согласованы.

Кстати, многим, изучающим тему диссоциативного расстройства, поначалу кажется, что переход к целостности заключается в том, чтобы взболтать и перемешать все внутреннее содержимое психики. На самом же деле процесс исцеления скорее связан с наращиванием высших психических функций, позволяющих наблюдать, анализировать, изобретать разные лайфхаки и прочее.

Разговор с собой через внешнюю среду характерен для детского возраста, когда многие функции еще не сформировались, и в процессе развития заменяется внутренней речью с проговариванием про себя, а потом и без проговаривания.

То же самое становится необходимым в ситуации травмы или просто сильного нервного напряжения. Вполне здоровые люди пишут себе списки вещей, которые нужно взять в отпуск, чтобы впопыхах не забыть что-то ценное, писатели зачитывают черновики вслух, и практически все в кризисной ситуации проговаривают вслух свои мысли и необходимые действия.

Я узнала о своей диссоциации семь лет назад, и с тех пор усиленно занимаюсь налаживанием внутренней коммуникации. В чем-то мне уже легко себя понимать, а в чем-то — пока не очень. Я многому научилась за это время, хотя с грустью думаю о том, что если бы не хроническая травма, мне бы этому учиться не пришлось, и я могла бы больше времени посвятить другим занятиям. Еще я грущу из-за того, что на «перевязывание своих душевных ран», чтобы они не вредили мне и окружающим, тоже уходит много времени.

Но я рада, что занимаюсь всем этим. Все-таки метаться из стороны в сторону, то «прозревать», то куда-то ломиться, не разбирая дороги, — это не мое.

Это то, к чему травма нередко принуждает человека. И этому, кстати, вполне можно противостоять.

АВТОР: Люда Орел

Оглавление цикла «Псих(олог)ическая травма и диссоциация»: http://alterglobe.ru/blog/index.php?entryid=172